Десятилетие реформ в Узбекистане меняет условия для бизнеса и капитала

За последние десять лет предпринимательская среда в Узбекистане прошла через последовательную и глубинную перенастройку. Изменения затронули практически все ключевые элементы делового цикла: от регистрации компании и покупки валюты до налогообложения, лицензирования и механизмов правовой защиты бизнеса. Для рынка это означает не только смягчение условий входа, но и постепенное снижение регуляторных издержек, что способно влиять на инвестиционную активность, структуру деловой инициативы и распределение капитала между секторами.

После избрания Шавката Мирзиёева президентом в 2016 году либерализация экономики стала одним из базовых направлений государственной политики. Юридический фундамент этого курса был заложен 7 февраля 2017 года с принятием Стратегии действий на 2017–2021 годы. Ее второе направление было посвящено развитию и либерализации экономики, и именно оно стало рамкой для большинства последующих решений, касающихся предпринимательства.

С 2022 года этот курс был продолжен через Стратегию развития Нового Узбекистана, а в конце 2023 года была принята стратегия «Узбекистан – 2030», определившая долгосрочные экономические и социальные ориентиры страны. В логике рыночной аналитики это выглядит как переход от разрозненных точечных мер к более длительному циклу институциональной настройки, где важны не только льготы и кредиты, но и предсказуемость самого режима регулирования.

Институциональная защита бизнеса стала отдельным контуром реформ

Одной из ранних задач реформ стало создание механизмов, позволяющих предпринимателю защищать свои права во взаимодействии с государственными органами. Власти исходили из того, что для изменения бизнес-климата недостаточно просто уменьшить налоговую нагрузку или расширить доступ к финансированию. Нужны были институты, которые меняют сам характер отношений между государством и бизнесом.

На этом фоне 29 августа 2017 года законом O‘RQ–440 был учрежден институт бизнес-омбудсмана при президенте — уполномоченного по защите прав и законных интересов субъектов предпринимательства. Его появление было направлено на формирование отдельного механизма защиты интересов предпринимателей в отношениях с госорганами.

Реформы в Узбекистане затронули не только льготы и кредитные программы, но и саму модель взаимодействия государства с предпринимателем.

Дальнейшее развитие эта линия получила 27 июля 2018 года, когда указом PF–5490 была дополнительно усовершенствована система защиты прав и законных интересов предпринимателей. В частности, были предусмотрены меры по списанию отдельных налоговых задолженностей. Следующий этап последовал 15 марта 2019 года: указ PF–5690 был направлен на коренное совершенствование системы защиты предпринимательской деятельности и оптимизацию роли органов прокуратуры в этом процессе.

Реформы продолжились и в последние годы. Указ PF–184 от 14 ноября 2024 года закрепил дополнительные меры по более надежной защите прав предпринимателей. Согласно документу, с 2025 года были отменены финансовые санкции за осуществление предпринимательской деятельности без государственной регистрации юридического лица. Для рынка это важно как сигнал дальнейшего пересмотра штрафной и надзорной логики в сторону снижения барьеров для формализации бизнеса.

Сокращение административных процедур снизило издержки входа

Еще одним ключевым направлением стала перестройка административных процедур, которые долгое время считались одним из главных препятствий для запуска и расширения бизнеса. Речь шла о длительных и сложных процессах регистрации, получения разрешений и лицензий.

Уже 9 февраля 2017 года постановлением Кабинета министров №66 был утвержден новый порядок государственной регистрации субъектов предпринимательства. Затем указ PF–5409 от 11 апреля 2018 года был направлен на сокращение и упрощение лицензионных и разрешительных процедур. Одновременно был намечен запуск электронного взаимодействия между государственными органами и бизнесом в форматах G2G и G2B.

В 2020 году в регуляторный контур был добавлен еще один фильтр: перед введением новых лицензируемых видов деятельности стало обязательным оценивать их влияние на бизнес. При этом предусматривалось участие бизнес-омбудсмана и Торгово-промышленной палаты. Такой подход важен для деловой среды, поскольку снижает риск внезапного появления новых требований без предварительной оценки их эффекта.

С 2024 года начался новый этап реформы лицензирования. В соответствии с указом PF–8 с 1 марта 2024 года были отменены 22 вида лицензий и разрешительных документов. Для двух видов деятельности был введен режим «бизнес без лицензии». Это сокращает транзакционные издержки и потенциально ускоряет перераспределение предпринимательской активности в менее зарегулированные сегменты.

Административные реформы, стартовавшие в 2025 году, были нацелены уже не просто на формальное упрощение процедур, а на измеримый эффект по времени и деньгам. Согласно планам, за счет увязки систем регистрации, платформы «Лицензия», электронного архива и баз ID-карт административные расходы предпринимателей должны сократиться примерно на 90 млрд сумов, а экономия времени при взаимодействии с госорганами может достигнуть 15 дней.

Налоговая реформа изменила структуру деловой нагрузки

Среди всех преобразований наиболее системный характер носили налоговые изменения, начатые в 2018 году. Были снижены ставки, объединены некоторые платежи, а значительная часть бизнеса была переведена на общеустановленный налоговый режим. Это означало не просто упрощение правил, но и фактическое переформатирование налоговых отношений в экономике.

29 июня 2018 года указом PF–5468 была утверждена Концепция совершенствования налоговой политики. В соответствии с ней была введена единая ставка налога на доходы физических лиц в размере 12%. Социальные платежи также были сокращены: ставка снизилась с 25% до 12%. Для отдельных субъектов, работавших в рамках упрощенного налогового режима, был установлен порядок на уровне 15%.

Следующий важный рубеж пришелся на 1 января 2019 года. Сфера применения единого налогового платежа была ограничена: он сохранился для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей с годовым оборотом не выше 1 млрд сумов. Остальные субъекты были переведены в систему налога на добавленную стоимость и налога на прибыль. Для рынка это обозначило более четкое разграничение между малым бизнесом и компаниями, достигшими более крупного масштаба деятельности.

Дополнительные меры по совершенствованию налогового администрирования были приняты в 2019 году, а с 1 января 2020 года вступила в силу новая редакция Налогового кодекса. В совокупности это закрепило переход от фрагментарной налоговой настройки к более целостной архитектуре администрирования.

В результате десятилетнего цикла реформ Узбекистан сформировал новую конфигурацию предпринимательской среды, где акцент сделан на снижении административной нагрузки, институциональной защите бизнеса и модернизации налоговых правил. Для участников рынка это не просто хроника правовых изменений. Это последовательный сдвиг в условиях, определяющих стоимость входа в бизнес, скорость операционной деятельности и предсказуемость регуляторной среды. Именно эти параметры обычно становятся базой для роста деловой активности, перераспределения капитала и более устойчивого интереса к экономике со стороны инвесторов.